Башкирия: Конструктор-самородок предпочёл карьере тихую...

Опубликовано 21 Окт 2015.

Евгения Кравченко из с. Серафимовский Туймазинского района Михаил Калашников, создавший автомат «всех времён и народов», назвал соавтором первой модели АК-47. Они познакомились в 1941 г. в Казахстане в железнодорожном депо станции Матай. Оба хотели на фронт, но на этих особо ценных специалистов выписали бронь. «Им была уготована другая роль», — рассказывает сын изобретателя Алексей КРАВЧЕНКО,  бывший нефтяник, а ныне пенсионер.

Токарь-фрезеровщик помог изобрести автомат Калашникова. Фото из личного архива

Без чертежей

- Ваш отец, Евгений Андреевич, работая в ремонтном цехе депо, постоянно что-то изобретал, хотя, казалось бы, не место и не время…           

– Да, шла война, в депо приносили похоронки. Отец, выкладываясь в цехе, не оставлял свое хобби. Однажды он сконструировал водный глиссер с воздушным винтом на санях. Все пришли поглазеть на чудо техники, собранное из металлолома. Механики посмеивались, мол, заглохнет, запутавшись в тине, на первой же излучине реки. Но вот мотор взревел, и аэросани в считаные минуты скрылись за горизонтом. Изумленные люди остались стоять на берегу реки Аксу с открытыми ртами. «Женя, дай чертеж, мы такую же штуку соберем», – просили коллеги. «Кое-что на песке начертил, остальное – в голове», – отнекивался он. Отец потрясал способностью изобретать изделия без точных чертежей. В лучшем случае делал легкий набросок внешнего вида модели. Даже Леонардо да Винчи чертил схематичные эскизы своих мельниц и летательных аппаратов, а отец, токарь-фрезеровщик, обходился без бумаг. С фронта на станцию везли покореженную немецкую технику для резки и отправки на металлургические заводы, и он постоянно снимал с машин механические узлы, а как-то раз вытащил мотоцикл «Опель». Проехал на нём пару километров – не понравилось. «Двигатель неплохой, — сказал он Калашникову, – но по нашим пескам долго не проездишь». И через неделю перед воротами депо появился четырехцилиндровый чёрный красавец с водяным охлаждением, опередивший своё время лет на 15. Этого железного зверя можно было сравнить только со знаменитым американским «Харлеем», созданным лишь в 50-х годах. Из «Москвича» папа умудрился сделать что-то вроде полноприводного пикапа, поставив туда американский двигатель «Виллис». Мы на нём арбузы перевозили (держали большую бахчу).

- А оружие до знаменитого автомата он пытался создавать?

 — Мы на сайгаков в барханах охотились из ружья, сконструированного отцом. «Чья винтовка, Драгунова?» — восхитился капитан-ракетчик из Москвы, настреляв из неё дичи. «Точно, а вон и сам Драгунов стоит, — смеялся Михаил Калашников, указывая на отца. — В его доме всё — от мясорубки до машины — собственного изготовления». Папины изобретения и рацпредложения внедрялись в производство сразу, без сомнений, обсуждений и… без указания авторства. Не до лавров было тогда, шла война.

Как рождался АК-47

- Как отреагировал он на то, что Калашников хочет создать необычный пистолет-пулемёт: мощный, точный, лёгкий и такой, с которым мог бы обращаться простой деревенский паренёк?

– Отец засомневался, посчитав требования слишком высокими. Заявил, что после десяти выстрелов автомат начнёт греться и даст неправильную траекторию. Или дальнобойность, или точность стрельбы, чем-то придётся пожертвовать. Изобретатели спорили до хрипоты. Кончилось тем, что папа выточил по своему усмотрению ударно-спусковой механизм и вставил в оружие. На испытаниях собралось всё депо: 7-миллиметровые пули пробивали  железный лист толщиной 0,5 см и застревали глубоко в досках. Автомат легко собирали и разбирали дети, его кидали в грязь, зарывали в песок, а он всё равно стрелял. Но вопросы ещё оставались. Начальник депо помог связаться с Минобороны. Там Калашникова вспомнили и пригласили обоих изобретателей в Москву. Однако поехал только Михаил Тимофеевич.

– Почему ваш отец отказался от лавров соавторства, может быть, его «засекретили»?

– Он был очень скромным и сторонился публичности. Какого-либо надзора со стороны органов за ним не было. За сорок с лишним лет не дал ни одного интервью. Калашников не раз приходил к нам и уговаривал отца войти в его конструкторскую группу, но папа наотрез отказывался. Правда, несколько раз выезжал в Ижевск, где производили опытные модели АК-47, и на испытательный полигон. «Знаешь, – сказал он однажды в сердцах Калашникову, – у нас ведь любое изобретение надо головой прошибать. Не по мне это всё, и семью оставлять не хочу». Маму очень любил, меня с братом вырастил технически грамотными специалистами.

Конструкторство – в генах

- А в Серафимовском Евгений Андреевич чем занимался?

- В 1971 г. он устроился в Серафимовское управление технологического транспорта. И сразу изобрёл автоматическую пилораму, втягивающую доски (такие станки появились лишь через 7 лет). Весь посёлок к нему ходил с просьбой помочь собрать такой же станок. Дом отец отстроил в стиле русского зодчества, причём за дерево взялся впервые в жизни. Механизмов и машин понаделал – не счесть, почетных грамот и дипломов – целый сундук. Пенсионеры-нефтяники транспортного цеха могут рассказывать о золотых руках изобретателя часами. Последние годы жизни отец работал с женой в Серафимовской спецшколе. Для малолетних правонарушителей был непререкаемым авторитетом. Одна из педагогов рассказала, что ему хватало полчаса беседы с буйным сорвиголовой, и паренёк начинал меняться в лучшую сторону. Изобретатель рассказывал детям о машинах, оружии и технических новинках будущего, потому что смотрел на несколько десятилетий вперёд.

Алексей Кравченко показал толстую пачку денежных переводов из Ижевска от Калашникова. После смерти отца в 1983 г. он поддерживал вдову друга материально, иногда едва ли не половину своей пенсии перечислял в Серафимовский. Одного из внуков Кравченко в честь деда назвали Евгением. Он очень похож на него, тоже конструирует машины и ведёт автобизнес в Германии и Казахстане.

ДОСЬЕ

Евгений Кравченко.
Родился 25 ноября 1920 г. в с. Саркант Талды-Курганской области (Cемиречье). Окончил 5 классов саркантской школы, отслужил в армии. В 1938 г. устроился в железнодорожное депо на станции Матай (Казахстан), где овладел семью рабочими специальностями. Учиться по направлению в вузе, а также вступать в КПСС отказался. Госнаград и поощрений не имеет. В 1971 г. переехал в пос. Серафимовский Туймазинского района, где работал водителем вместе с сыном Алексеем в автотранспортной колонне. В 1980 г. вышел на пенсию и устроился охранником в Серафимовскую спецшколу. Скончался в 1983 г. от сердечного приступа.

КОММЕНТАРИИ

Михаил КАЛАШНИКОВ (из воспоминаний):
«Первым протянул руку помощи и включился в процесс конструирования Женя Кравченко, друг юности. Он фактически и стал основой матайской «спецгруппы», выполнял токарные и фрезеровочные работы. Со временем отыскался слесарь-сборщик. Потом подключился электрогазосварщик Макаренко. Он делал ювелирную работу, наплавляя металл. Заручились поддержкой техбюро, состоявшего из женщин, далеких от оружия. И работали в две-три смены. Многое рождалось в ходе вечерних посиделок. А наутро уже была готова та или иная деталь. Особенно поражали работоспособность и смекалка Кравченко. Он был виртуозом по части токарных и фрезеровочных работ. Больше всего помучились над нарезным стволом и затвором. В качестве заготовки использовали ствол учебной винтовки. Через три месяца мы собрали с Женей пистолет-пулемёт № 1. История подобных примеров не знает. Говорят, пулемёт «Максим» делался пять лет. К сожалению, этот первый опытный образец не сохранился. Работал он по принципу свободного затвора. То есть идея автоматики базировалась на отдаче свободного затвора. Таким образом, была реализована простота, но кучность боя при этом страдала. Ею мы занялись в Ижевске».
(«Михаил Калашников» А. Ужанов, биографическая повесть).

Ильшат ГАРИФУЛЛИН, заслуженный учитель РБ, бывший директор Серафимовской спецшколы:
– Будучи пенсионером, Кравченко работал у нас дежурным по режиму и ни разу не допустил драк и побегов среди малолетних преступников. Он был очень хорошим человеком, и это чувствовали дети с поломанной судьбой. Они боялись его подвести. Обладая знаниями в практической технической сфере, Евгений щедро делился ими с ребятами. Собирал «Москвичи» и «Жигули» практически из хлама. Водители за советом приезжали к нему издалека. Знали, что «доктор» поставит правильный «диагноз» любому механизму.

Эмиль МУСИН, Башкирское региональное приложение к газете «Аргументы и факты»